«Теневая деятельность в швейной отрасли – это серьезная проблема. Мы это понимаем и знаем, так как общаемся с многими предпринимателями», — отметил он.
По словам Ысабекова, вопрос легализации стал особенно важным из-за усиливающегося контроля при экспорте в Россию. Он подчеркнул, что российская сторона требует, чтобы все поставки осуществлялись в соответствии с законодательством и с уплатой всех налогов.
«Россия также усилила контроль и требует, чтобы налоги уплачивались в рамках закона. При импорте необходимо платить налог на добавленную стоимость. Мы, в свою очередь, также ужесточаем требования по уплате НДС на границе», — добавил он.
Заместитель главы ГНС также отметил, что представители бизнеса признают, что раньше часто указывали в отчетах лишь часть своих работников.
«Например, если у человека работало 20 сотрудников, то в отчетности он показывал только двоих-троих — это они сами признали», — отметил Ысабеков.
Он призвал отрасль не возвращаться к прошлым нарушениям, а начать работу «с новой страницы».
«Вспоминать прошлое и снова поднимать эти вопросы не принесет пользы. Мы хотим, чтобы вся отрасль начала с чистого листа», — подчеркнул он.
По словам Ысабекова, в швейной отрасли зарегистрировано около 10–13 тыс. работников, за которых уплачивается подоходный налог. Однако фактические оценки занятости в отрасли значительно выше — от 100 тыс. до 200 тыс. человек.
«Мы надеемся, что сможем официально отразить хотя бы 50–100 тыс. человек. Поскольку эти страховые взносы — это будущее пенсионное обеспечение граждан», — заявил он.
Помимо налогового администрирования, легализация занятости также важна для социальной защиты работников, добавил Ысабеков. Даже небольшие страховые взносы имеют значение для будущих пенсий, а увеличение числа официально трудоустроенных граждан позволяет государству расширять возможности по повышению пенсионных выплат.
