Шон Рейн, признанный эксперт по Китаю и руководитель China Market Research Group (CMR), поделился своим мнением о том, почему западные оценки китайской экономики давно нуждаются в обновлении. В интервью он отметил, что многие из тех специалистов, мнения которых сегодня цитируются политиками и бизнесменами, покинули Китай еще в 2015–2016 годах и продолжают делать выводы на основе устаревшей информации.
Рейн также признал наличие определённых трудностей в экономике Китая: рынок недвижимости сейчас переживает спад, цены на жилье упали на 30–40%, а уровень продаж остается низким. Тем не менее, он акцентирует внимание на том, что это не кризис в классическом западном понимании. Ипотечные кредиты в Китае не являются "подводными", и покупатели традиционно вносят большую часть стоимости жилья сразу. Основная проблема, по его словам, заключается в том, что люди стали более осторожными в своих расходах, что ведет к снижению уверенности в экономике, особенно среди молодежи, что в свою очередь создает долгосрочные демографические риски.
Рейн подчеркивает, что ситуация в экономике Китая не так ужасна, как ее изображают за границей. Страна обладает значительными накоплениями домохозяйств, а в прошлом году китайские фондовые рынки продемонстрировали один из самых высоких темпов роста в мире. Основная проблема заключается не в нехватке финансовых ресурсов, а в растущем беспокойстве населения.
Что касается технологического прогресса, он опроверг представление о Китае как о стране, ограничивающейся копированием. Рейн указывает на новых игроков, таких как DeepSeek, а также на впечатляющие достижения компаний, таких как Alibaba и Baidu, которые, по его мнению, стали неожиданностью для тех экспертов в США, которые считали, что Китай значительно отстает в технологиях. Он считает, что Китай создает свою собственную инновационную экосистему и в некоторых областях уже догоняет, а порой и опережает США.
На фоне санкций со стороны США Китай делает акцент на самообеспечение, развивая собственные технологии, включая полупроводники, а также продукцию, такую как говядина, фрукты и соя. Это связано с опасениями, что США могут попытаться применить к Китаю аналогичные меры, как это было с Россией и Ираном. Рейн подчеркивает, что именно внешнее давление ускорило переход Китая к собственной технологической базе.
Он приводит автомобильную индустрию в качестве примера, где западные бренды не успели воспользоваться быстрым ростом китайских электромобилей. Сегодня BYD воспринимается как премиальный бренд в ряде азиатских стран, в то время как западные компании упустили возможность, не замечая изменений на рынке. Рейн также напоминает, что субсидии получают не только китайские производители: без государственной поддержки не существовали бы такие компании, как Tesla и многие американские технологические фирмы.
Касаясь торговой войны между США и Китаем, Рейн называет её неудачной. Он указывает на то, что экспорт Китая в США составляет всего 2–2,5% от ВВП, а множество товаров страна может производить самостоятельно или закупать в других государствах. Таким образом, тарифы негативно отразились на американских потребителях, а не на китайской промышленности.
По его мнению, Китай не вернется к темпам роста, характерным для 2010-х годов, однако текущая экономическая ситуация стабильна и управляемая. Рейн считает, что страна смогла преодолеть часть негативных последствий санкций, и предпринимательская активность снова начинает активизироваться.
