В своём обращении Роза Торокуловна затрагивает тему недобрых слухов и обвинений, которые активно распространяются вокруг её брата Чынгыза:
Дорогой кыргызский народ!
Я решила обратиться к вам по важной причине. Недавно я тяжело заболела и провела много времени в больнице. Сейчас, слава Богу, мне стало лучше. Я живу с надеждой на благосостояние, сколько мне отпущено.
С недавних пор моё сердце полно боли от того, что некоторые люди распространяют ложные слухи и порочат память моего брата Чынгыза. Я не могу с этим смириться, и меня это глубоко расстраивает. Прошло 17 лет с момента его ухода, но всё еще находятся те, кто не дает покоя его духу, обсуждая его так, как будто были с ним близкими друзьями или сидели за одним столом.
Согласно народной мудрости, о покойниках не говорят плохо, однако, к сожалению, это происходит. Я задумываюсь, не враги ли кыргызского народа стоят за этими слухами, пытаясь посеять раздор среди нас. Или же они полагают, что за Чынгыза некому заступиться? Истина в данный момент остается неясной, так как его современников осталось крайне мало.
Я не держу зла на этих людей, это на их совести. Поддержка моего брата исходит от Манас-ата, как говорил великий Саякбай Каралаев. Я не желаю ненавидеть тех, кто порочит его память, но призываю к осторожности...
В 1991 году был открыт Ата-Бейит, где захоронены останки 137 невинно убиенных, среди которых был и мой отец. Я смогла простить его убийц. И этих людей я тоже прощаю. Но опять же, возникает вопрос: «Это что, сознательная попытка разделить кыргызский народ?» Возможно, в этом и состоит их цель — кто знает? Я оставляю всё на Божий суд.
В этом году мне исполнится 89 лет. Я пережила много, как хорошего, так и плохого. Я видела как взлеты, так и падения. Но такого горя, как сейчас, мне никто никогда не причинял…
После ареста и расстрела моего отца мы жили в нищете. Мы пережили голод и тяжёлые испытания, будучи преследуемыми как «дети врага народа». Но я благодарна кыргызскому народу и родственникам моего отца. Тысячи раз спасибо народу Шекера и народу Таласа! Благодаря их помощи мы остались живы.
Особенно хочу поблагодарить мою мать, Нагиму Айтматову. Она, несмотря на все трудности, сумела поднять нас на ноги. К сожалению, нашлись те, кто и на неё напал, и тогда, и сейчас…
Моя мама была сильной женщиной. Она привела нас, детей Төрөкулa, в Шекер и сказала: «Вы кыргызы, будьте со своим народом!». Она растила нас среди людей, прививала глубокое чувство принадлежности к кыргызскому народу.
— Чынгыз, Ильгиз, мои дети, дочери мои, вы — потомки Төрөкулa. Держите голову высоко. Где бы вы ни были, не позорьте имя отца, — так говорила нам мама.
Все мои братья и сестры посвятили свою жизнь народу и своей земле. Кто может сказать, что они кому-то причинили зло?
Меня особенно расстраивает, что на Чынгыза сваливают все грехи, обвиняя его во всем. Эх, если бы он сейчас пришёл и сказал: «Этого не было, а вот это было», возможно, сплетники бы замолчали…
Чынгыз прославил кыргызский народ на весь мир. Он довёл эпос «Манас» до каждого уголка планеты и вложил много сил в развитие кыргызского языка, даже в условиях существовавшей советской системы. Он боролся за открытие кыргызских школ во Фрунзе и добился открытия двух из них!
Однако сейчас мы сами порочим его память, критикуя его. Вот вчера представители казахского народа звонили мне и спрашивали: «Что у вас происходит? Почему вокруг Айтматова столько скандалов?»
Как бы ни болела моя душа за брата, я не могу отвернуться от своего народа. Что мне им ответить? Мне стало стыдно и больно…
Ни одна из интернет-сплетен не соответствует действительности. У меня есть доказательства своих слов.
Распространяются слухи о том, что Чынгыз писал только по-русски, не знал кыргызского языка и не писал на нём. Для таких людей не имеет значения, что его книги переведены на 185 языков.
Для информации: по количеству изданных книг Айтматов занимает третье место в мире после Шекспира и Толстого.
Почему он перестал писать на кыргызском, тоже объясню. В 1957 году его преследовали высокопоставленные советские чиновники, которые утверждали, что он подрывает советскую идеологию. Они даже угрожали моей матери, что её сын может повторить судьбу своего отца Төрөкулa. Представьте, что переживала моя мама, услышав такие слова…
Чынгыз долго не мог встать с постели, и только после реабилитации отца начал поправляться. Возможно, дух отца поддержал его. Я не буду называть имена тех, кто начал травлю на Чынгыза. Я тоже их простила.
Из-за этих гонений у него не было возможности писать и издаваться на кыргызском. Это мы, кыргызы, не давали ему писать, вставляли палки в колёса. Он долго искал выход, не знал, что делать. О препятствиях, которые ему создавали на родине, узнал великий поэт Александр Твардовский. Он поддержал моего брата: «Чингиз, пиши по-русски! Мы будем публиковать тебя в журнале «Новый мир». Тогда твои земляки не смогут тебя тронуть». Так он и начал писать на русском.
Насколько мне известно, его произведения около 15 лет вообще не издавались в Кыргызстане, а печатались только в России. Это тоже можно подтвердить. Чынгыз вырос в Шекере, среди простых людей, прекрасно знал родной язык и первые книги писал на кыргызском. Он гордился своим языком и отстаивал его.
Кыргызский народ никогда не видел от Айтматова зла — только добро. Он искренне переживал за каждого из вас.
Некоторые обвиняют его в том, что в 1990-е годы, когда народ бедствовал, он «жил в роскоши в Европе». Это неправда. Он был послом Кыргызстана и первым наладил связи с Западом — во Франции, Бельгии, Англии и Германии.
«Мой народ живет в Центральной Азии. Мы, кыргызы, хоть и маленький народ, но способны на равноправные отношения» — он внёс огромный вклад в международное признание нашей молодой независимой республики. Его дипломатическая деятельность — это отдельная страница истории.
Есть и те, кто утверждает, что в Ошских событиях 1990 года Чынгыз Айтматов был «на стороне узбеков». Давайте я расскажу и про это, а вы посудите сами.
После событий 1990 года я спросила его: «Почему ты сразу не вернулся в Ош, а полетел в Узбекистан?» Он ответил:
— Времени не было. Я был тогда в Москве. Я переживал, что конфликт перерастёт в вооружённое столкновение, поэтому решил встретиться с Исламом Каримовым. Для этого я связался с его помощником. «Хорошо, Ислам Абдуганиевич примет вас», — ответил помощник. Нельзя было медлить, мне пришлось немедленно вылететь. Поэтому я не смог сразу вернуться в Кыргызстан.
— И что ты тогда сказал Каримову? — спросила я, едва успокоившись от его ответа.
— Ислам Абдуганиевич меня ждал. Я пришёл с двумя узбекскими писателями, и мы долго беседовали. В конце я сказал президенту Узбекистана: «Мы — родственные народы: кыргызы, узбеки, казахи — у нас общее происхождение. Если между нами разгорится серьёзный конфликт, это может обернуться большой бедой для всей Центральной Азии».
В результате Каримов ответил: «Чынгыз Торокулович, я вас понял. Ни один наш солдат не перейдёт границу Кыргызстана». И он сдержал слово.
Таким образом, мой брат предотвратил большую войну в Центральной Азии. Разве можно назвать предателем того, кто остановил конфликт между Узбекистаном и Кыргызстаном?
Некоторые обвиняют Айтматова в избрании Аскара Акаева. Это тоже неправда. Акаева избрал Верховный Совет, а не Айтматов. Когда три предыдущих кандидата не прошли, мой брат предложил: «Обратите внимание на молодого Акаева, возможно, он подойдёт». Это правда. Но сам брат в момент выборов не находился в Кыргызстане и никак не вмешивался в процесс.
Хочу подчеркнуть, что мы не должны порочить президентов. Президент — это символ, как флаг, герб и наш Манас. Зачем нам втаптывать в грязь собственные символы? Как мы выглядим в глазах международного сообщества?
Теперь о главном. Мой дорогой кыргызский народ, похоже, кто-то пытается посеять раздор в нашем обществе. Как нам сохранить единство, не стать жертвой манипуляций и не дать себя унизить?
Не стоит ни восхвалять, ни порочить моего брата — пусть его душа покоится с миром. Если хотите ругать — ругайте меня. Я возьму на себя его возможные грехи. Не тревожьте души усопших!
Я даже думаю попросить правительство не проводить 100-летний юбилей Чынгыза. Я уже вижу, что начнутся претензии: «Могли бы эти деньги использовать на что-то другое!» Поэтому прошу, пусть средства, запланированные на юбилей, лучше пойдут на помощь простому народу. Это будет настоящим памятником ему.
В завершение обращаюсь и к мусульманской общине.
Моя мать окончила обучение в женском медресе, знала арабскую вязь, читала Коран напрямую из книги. Она обучала нас тому, что знала, особенно старшего сына. В советские времена было запрещено держать Священное Писание дома, но в её сундуке хранился Коран. Она соблюдала пост, несмотря на болезни, и рассказывала нам о толкованиях Корана.
В тяжёлые времена она говорила, что Аллах испытывает её, и она должна терпеть. Думаю, именно знание Корана помогло ей справиться с жизненными трудностями. Она обучала этому и нас.
Ренат, мой брат по матери, вспоминал, что каждый раз, когда выходили книги Чынгыза, она уединялась в своей комнате и выражала благодарность Всевышнему, совершая намаз.
Мой дед по матери, Хамза, участвовал в строительстве медресе и мечети, внёс большой вклад в распространение ислама среди кыргызов. Прадед по бабушке когда-то занимал должность муфтия Сибири и Казахстана. Мы — потомки таких великих людей.
Поэтому разговоры о том, что Айтматов «отошёл от религии», — это пустые слова. Он уважал веру и жил в служении. Кто, кроме Аллаха, может измерить истинную веру человека?
О его вере, о его духовности говорят книги Чынгыза. Его произведения вызывают отклик у людей вне зависимости от вероисповедания; значит, мой брат тоже был близким к Богу?
Все герои его книг имеют реальные прототипы. Мы жили с ними, были соседями и родственниками. В его произведениях нет вымысла. Время, когда это происходило, было двадцатым веком, и Чынгыз Айтматов тоже был писателем того времени. Сейчас другие времена и события, но вне зависимости от этого, как он говорил, мы каждый день должны быть людьми.
Дорогой кыргызский народ, земляки-таласцы! Вы не оставили нас, спасли в трудные времена. И сейчас прошу: не дайте растоптать имя Чынгыза! Развивающийся народ уважает себя и бережет свою культуру. Давайте жить в мире и согласии, и быть бдительными перед недругами!
Бишкек, 26 января 2026
