Долорес осознаёт, что привлекает внимание окружающих. Она предпочитает скрывать своё настоящее имя, так как, будучи «нелегалкой», хочет избежать проблем с властями. В Россию она и её соотечественники прибыли как туристы, и им не разрешается трудиться официально.
29-летняя женщина делится своими переживаниями: ей уже не раз угрожали полицейские только за то, что она «не выглядит как русская». Расизм в стране широко распространён; например, таксист, увидев кубинцев, шутит: «У нас уже негры снег убирают». На вопрос о том, кто должен выполнять эту работу, он отвечает молчанием.
Согласно официальным данным, в 2024 году в России наблюдается нехватка более двух миллионов рабочих. Мэр Москвы Сергей Собянин недавно заявил о дефиците до 500 тысяч работников во всех отраслях.
Ситуация с нехваткой рабочей силы стала серьёзной проблемой для властей. В первые годы конфликта на Украине Россия ещё могла похвастаться исторически низким уровнем безработицы — всего 2,2 процента. Однако страна становится всё менее привлекательной для трудовых мигрантов из мусульманских республик Центральной Азии.
Эта тенденция связана не только с риском призыва на войну, но и с обесцениванием рубля. По сравнению с долларом доходы мигрантов упали примерно на треть.
Задержания узбеков, таджиков и кыргызов стали обычным делом. Эти группы мигрантов составляют более трёх миллионов человек и занимаются строительством, работой в ресторанах и курьерской деятельностью.
С 2024 года правила регистрации мигрантов ужесточились: полиция может выдворять людей без судебного решения, и введён реестр «нелегалов», что ограничивает доступ к банковским счетам. Часто непонятно, по каким критериям люди попадают в этот список, включая иностранцев с действующими документами.
Этой зимой Москва особенно нуждается в таких работниках, как Долорес, поскольку в конце января город столкнулся с сильнейшими снегопадами за более чем 200 лет. При температурах около минус 15 градусов улицы приходится очищать вручную и с помощью техники.
Кубинцы в России, похоже, принимаются с определённой терпимостью. Они могут посещать страну без визы как туристы. Связи между Москвой и Кубой, которая оставалась верной социалистическим идеалам, крепки со времён СССР, когда Россия регулярно поддерживала этот союзник финансово и политически. Тем не менее, кубинцы всё же сталкиваются с притеснениями.
За свою работу по уборке снега они получают 3000 рублей в день (около 45 долларов), а в некоторых случаях даже больше. Работа в помещениях или переноска товаров оплачиваются значительно ниже — около 2000 рублей в день.
В этот январский день Долорес рассчитывает на 3500 рублей за уборку снега. Для неё это значительная сумма, особенно учитывая, что на Кубе она иногда зарабатывала всего 40 долларов в месяц.
Четверо кубинцев, с которыми удалось пообщаться, подтверждают, что в Москве они за один день могут заработать больше, чем дома за месяц. На Кубе они сталкиваются с постоянными отключениями электричества и интернета.
Габриэль, уроженец Гаваны, уже год живёт в Москве. 32-летний мужчина трудится каждый день, но до сих пор не привык к холодам. В Гаване температура не опускается ниже 16 градусов, что на 30 градусов теплее, чем в Москве. Он закрывает лицо поднятым шарфом.
У Габриэля есть сапоги, в то время как у многих других кубинцев только кроссовки. Он работает до 12 часов в день, включая часовую перерыв на обед, ради своего годовалого сына и больной матери на Кубе.
Точное количество кубинцев в России неизвестно; по данным СМИ, легально их несколько тысяч, к ним добавляются нелегалы, такие как Габриэль и Долорес. В Facebook-группе «Кубинцы в Москве» зарегистрировано 14 тысяч человек. Большинство из них знают лишь несколько слов на русском.
Перспективы получения разрешений на работу у кубинцев, в отличие от индийцев, которых Россия планирует привлечь десятками тысяч, крайне малы. «Мы на самом дне», — говорит Долорес.
Кубинец с легальными документами помог ей найти работу, получив задание от узбека, которого наняла городская администрация. Это подтверждают и другие кубинцы, которые заходят в местную управу, чтобы согреться.
«Работа, работа, сон, работа, работа» — так описывают свою жизнь в Москве кубинцы, с которыми беседовал SPIEGEL. Они стараются не привлекать к себе внимание и как можно реже выходить на улицу.
