На фоне этого появились различные экспертные мнения — от рекомендаций для участников скандала сохранять молчание до утверждений о том, что государство должно завершить начатое и не сможет отступить.
24.kg собрал мнения экспертов о тревожных аспектах происходящего, причинах жесткой риторики и о том, является ли это настоящей борьбой с коррупцией или всего лишь новым этапом борьбы за власть.
Нурбек Токтакунов: Лучше воспользоваться правом молчания
Фото из личного архива. Нурбек Токтакунов
Нурбек Токтакунов, юрист:
— Тай-Мурасу Ташиеву стоит воспользоваться своим «правом молчания» после недавних разоблачений ГНС и допроса в МВД. Все сказанное им может быть использовано против его отца. Даже если его оправдания будут серьезными, он может предоставить дополнительные доказательства участия своего отца, члена правительства и главы спецслужб, в коррупционных схемах с госзакупками.
Кроме того, оправдывая свои действия, Тай-Мурас приводит объемы закупок, но откуда у него такие данные, если они не являются общедоступными? Возможно, он получил их через связи с руководством НПЗ, что также указывает на коррупционные взаимодействия.
Если государство уже обнародовало информацию о таком клане, оно должно продолжить расследование до конца — назад пути уже нет.
Зайнидин Курманов: Коррупция как механизм управления
Зайнидин Курманов, доктор исторических наук, профессор:
— Пришло время открыть глаза! Нельзя продолжать так, как прежде. Налоговая служба выявила еще одну шокирующую схему, связанную с «Кыргызнефтегазом». Это предприятие в 90-х годах обещало нам 300 лет нефтяной независимости, но разговоры об этом со временем утихли. Завод продолжал функционировать, добывая нефть, о чем мы даже не подозревали.
Элиты проявляют жадность не как следствие личных недостатков, а как системную проблему. Коррупция становится не исключением, а основным механизмом управления. В традиционных обществах преданность клану превышает преданность государству. Чиновники воспринимают свои должности как возможность помочь «своим». Во время переходного периода возникает «правовой вакуум», в котором личные договоренности важнее законов.
Общество не видит власть как институт служения. Если «начальник» не богат, это воспринимается как слабость. Политики стремятся показать свое богатство, а не честность, что вызывает недовольство у народа. Как можно восхвалять воров?
Борьба с коррупцией — это не просто громкие аресты, а комплексные меры, включающие:
Цифровизацию для устранения человеческого фактора.
Экономическую свободу и сокращение регулирования.
Независимость судебной системы и неотвратимость наказания.
Прозрачность государственных закупок и контроль со стороны граждан.
Достойную оплату труда госслужащих.
Полное искоренение коррупции маловероятно, но ее уровень можно значительно снизить. Примеры Японии, Сингапура и Грузии показывают, что при наличии политической воли можно изменить ситуацию за десятилетия. Однако без общественного запроса реформы могут оказаться лишь имитацией борьбы. Людям надоели наблюдения за тем, как элиты живут за счет общества.
Мусуркул Кабылбеков: Утверждения ГНС — это конец «кулуарной» стадии
Мусуркул Кабылбеков, политолог:
— Сам факт, что данный вопрос поднимается на уровне государственного учреждения — Налоговой службы, говорит о многом. Это свидетельствует о том, что произошел важный шаг в борьбе, и пути назад уже нет ни у одной из сторон.
В случае частного расследования его можно было бы замять, но заявление ГНС, которая раньше подобными делами не занималась, указывает на то, что ситуация действительно серьезная. И мы видим, как государственные органы проводят расследование и оглашают такие факты, что, конечно, не могло не вызвать реакции других контролирующих структур, таких как Генеральная прокуратура. В результате возбуждено уголовное дело.
Если факты, представленные ГНС, подтвердятся — а это вполне вероятно, иначе служба потеряет свою репутацию — это означает, что все согласовано на самом высоком уровне. Информация не появляется без соответствующих решений. Это уже системная борьба, а не просто политическое соперничество. Попытка представить Камчыбека Ташиева как коррупционера и возбудить против него уголовное дело фактически может вывести его из политической игры.
Все схемы, о которых идет речь, так или иначе связаны с его родственниками, и это было известно ранее. Вероятное возбуждение уголовного дела может затронуть и его сына, поскольку, начав дело, нужно будет продолжать. Побочным эффектом может стать то, что финансовые потоки, уходившие в частные карманы, начнут поступать в государственный бюджет, по крайней мере на какое-то время, пока не будет принято окончательное решение по компании.
С политической точки зрения это означает, что борьба началась всерьез, и Камчыбеку Ташиеву будет сложно продолжать. Он долго держал паузу, что было оправдано до тех пор, пока не затронули его ключевые интересы. Хотя он не реагировал на обвинения и давление со стороны бизнеса, ссылаясь на неуместность конфликта, теперь, когда его начинают открыто обвинять в коррупции, он не может оставаться молчаливым.
Если он вернулся в страну без громких заявлений, это значит, что он намерен бороться. Вопрос в том, к чему это приведет: к компромиссу, поиску «козлов отпущения» или дальнейшей эскалации.
С учетом характера Камчыбека Ташиева его возвращение было ожидаемым. В противном случае он мог бы окончательно потерять свой электорат и выйти из политической жизни Кыргызстана. Его возвращение свидетельствует о желании отстаивать свои позиции и защищать близких, что соответствует его стилю.
Скорее всего, самые интересные события еще впереди. Его окружение уже могло разработать стратегию. Возвращение экс-главы ГКНБ — это не спонтанное решение, а тщательно продуманный шаг. У него есть серьезные обязательства перед сторонниками, родственниками и людьми, находящимися под следствием. В такой ситуации оставаться за границей означало бы фактически вычеркнуть себя из политической жизни — как в глазах общества, так и собственных сторонников.
Тологон Келдибаев: Законность всегда восторжествует
Тологон Келдибаев, политолог:
— Вокруг высокопоставленных лиц всегда появляются те, кто совершает преступления ради наживы. Неважно, кто это — Ташиев или кто-то другой, его окружение часто ставит собственные интересы на первое место. Окружение Ташиева могло быть вовлечено в коррупционные схемы и злоупотребление служебным положением.
Когда Камчыбек Ташиев занимал посты главы ГКНБ и зампредседателя кабинета министров, привлечь людей из его круга к ответственности было невозможно — даже если нарушения были очевидны, на них закрывали глаза. После его ухода давление ослабло, и предприниматели начали открыто заявлять о своих проблемах. Законность может временно не действовать, но рано или поздно она восторжествует. Я уверен, что действия Ташиевых будут оценены, и все будет тщательно расследовано.
Ташиев сделал много хорошего, но также допустил серьезные ошибки.
Он провел значительную работу по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, что помогло ограничить коррупционные схемы в социальной сфере и правоохранительных органах. Однако его главной проблемой стало обладание слишком большой властью.
