С переходом к проверенным методам каримовского времени, власти Узбекистана стали использовать элементы, которые ранее ассоциировались с правлением Ислама Каримова. Говоря о влиянии президента на государственные решения, наблюдается нарастающее участие его семьи в управлении. Так, старшая дочь президента, Саида Мирзиёева, уже заняла пост в администрации президента, став фактически вторым лицом в стране.
Хотя правление Мирзиёева изначально воспринималось как шаг в сторону реформ, оно все больше напоминает старые каримовские практики с минимальными изменениями.
Отсутствие страха, но культ остался
На протяжении своего пребывания у власти, Шавкат Мирзиёев позиционировал себя как реформатора, открывающего Узбекистан миру, в противовес изоляции времен Каримова. Реформы, известные как «Узбекистан 2.0», включали либерализацию экономики, внедрение свободной конвертации валюты, реформу банковского сектора, а также расширение политических прав и свобод.
Эти реформы принесли быстрые результаты, в страну стали поступать иностранные инвестиции, началось активное строительство жилья и инфраструктуры, упрощались процедуры ведения бизнеса, развивался туризм, а уровень безработицы и бедности снизился. Узбекистан расширял международные связи, принимая саммиты и спортивные мероприятия.
Одним из важных достижений Мирзиёева стало уменьшение атмосферы страха, присущей временам Каримова. Полномочия Службы госбезопасности были значительно ограничены, а ее руководство сменилось. Национальная гвардия, управляемая выходцами из МВД, стала ключевым элементом системы безопасности.
Мирзиёев доверил управление молодым технократам, что позволило вводить новые практики, такие как активное использование социальных сетей и взаимодействие с обществом. Региональным властям предоставили больше полномочий, что должно было улучшить управление на местах. Однако вскоре стало очевидно, что без серьезных реформ местное самоуправление не сможет эффективно функционировать.
С течением времени, позитивные результаты реформ стали угасать, и власти начали возвращаться к старым методам. Например, после первоначального расширения полномочий для регионов, эти изменения были отменены, что привело к тому, что решения оказались в руках не всегда компетентных чиновников.
Служащие начали замечать, что риторика президента все чаще напоминает стиль его предшественника: акцент на достижениях правления стал доминировать, в то время как разговоры о необходимости укрепления других ветвей власти исчезли. Это привело к тому, что чиновники начали подстраиваться под президента, что стало гарантией их сохранения на должностях.
Семейные узы и власть
Еще одной чертой правления Мирзиёева стало активное вовлечение членов его семьи в управление государством. Его старшая дочь, Саида, заняла ключевые позиции в администрации, а ее муж стал заместителем главы ведомства. Младшая дочь и ее супруг также нашли свои места в государственных структурах.
Это явление напоминает времена Каримова, когда его родственники оказывали значительное влияние на государственные дела. Гульнара Каримова, старшая дочь, контролировала крупные бизнес-проекты и обладала значительной властью, пока ее попытки играть более активную роль в политике не закончились конфликтом с силовиками.
Семья Мирзиёева выглядит более сплоченной, и президент, вероятно, рассматривает ее как надежную опору. Это особенно важно в свете кризисов, с которыми ему пришлось столкнуться, таких как массовые протесты в Каракалпакстане и энергетический кризис, оба из которых подорвали его имидж как реформатора.
В ответ на эти кризисы, роль Саиды в управлении значительно возросла, и ей было поручено контролировать исполнение президентских решений в Каракалпакстане, а также курировать различные проекты по экономическому и социальному развитию.
Саида стала не только доверенным лицом отца, но и ключевой фигурой в управлении страной, ее полномочия значительно расширились, и теперь она фактически превосходит любого министра.
Тем не менее, её продвижение не обошлось без трений в семье, и слухи о конфликтах между членами семьи президента стали появляться после покушения на Комила Алламжонова, наставника Саиды. Однако, Саида вышла из этого конфликта победителем, что позволило ей закрепить свои позиции.
Наследие власти
Сейчас Саида Мирзиёева воспринимается как потенциальная преемница президента, хотя формально оснований для таких предположений нет. Конституционная реформа позволяет Мирзиёеву оставаться на посту до 2037 года, и разговоры о наследственной передаче власти продолжаются.
Несмотря на попытки дистанцироваться от этих слухов, Саида стала ключевой фигурой в рамках внутренней политики, и её влияние на многие аспекты управления страной значительно возросло. Она активно занимается вопросами экологии, внешней политики и управляет важными проектами.
Укрепление позиций Саиды является следствием централизации власти, при которой Мирзиёев не смог создать сильную команду доверенных лиц из числа государственных служащих. В результате, контроль над принятием решений остается в руках президента и его ближайшего окружения, что ставит под угрозу его наследие как реформатора.
Поддержка семьи может быть попыткой обеспечить собственную безопасность, однако такая стратегия в долгосрочной перспективе не гарантирует стабильности. Передача власти по наследству в Центральной Азии — сложная задача, и с приходом нового лидера все неформальные обещания могут быстро утратить свою силу. Судьба Гульнары Каримовой и других членов семьи первого президента — яркий тому пример.
